— Ясно, — кивнул Петровский и привычно подумал: "Нужно будет поручить собрать все материалы по комбинату". 

— Нижнебайкальский дает больше половины всей бумажной продукции, выпускаемой в нашей стране, — продолжал между тем Валентин Георгиевич, — и никто не может позволить нескольким криминальным группировкам фактически контролировать работу такого гиганта. Мы предложили начать процедуру банкротства с последующей передачей акций комбината другим людям, более ответственным в своих решениях. И надеемся, что ваше агентство сумеет нас поддержать, создав соответствующее мнение в средствах массовой информации, в частности на телевидении. 

— Сколько он стоит на сегодняшний день? — поинтересовался Святослав Олегович. 

Посетитель усмехнулся: 

— Около двухсот миллионов долларов. 

— Двести миллионов долларов, — задумчиво повторил Петровский. — И они по-прежнему дают больше половины всей бумаги, выпускаемой в стране? 

— Да, — нервно ответил Валентин Георгиевич, — пока дают. 

— Несмотря на имеющиеся трудности? — Святославу Олеговичу нравилось издеваться над этим неприятным типом. — Надо же какие молодцы! На комбинате полный развал, а он по-прежнему не снижает темпов производства. Или положение там не столь уж печальное? — Он смотрел прямо на посетителя. Валентин Георгиевич на секунду прикрыл лисьи глазки, но тут же обрел уверенность. 

— Вы все отлично понимаете, — сказал он, — комбинат пока работает, но мы полагаем, что будет правильным провести процедуру банкротства и выставить его на аукцион. 

— Он приносит убытки? — задал следующий вопрос руководитель «Миллениума» и неожиданно разозлил гостя. 

— Нет, — нервно отрезал тот. — У комбината есть небольшая прибыль. Но это не существенно… 

— Вы пришли ко мне и просите вас поддержать, — невежливо перебил его Святослав Олегович. — Чтобы сыграть на вашей стороне, мне нужно знать все исходные данные. Вы же понимаете, что я все равно их узнаю.